Пожалуй, иначе мы огорчим капитана.
– Да нет, – отозвался Флетчер, который уже вовсю орудовал лазерным резаком. – Я и смотреть не стану.
Мерчисон рассмеялась и указала на висевшего над их головами в кресле грушевидного пациента.
– Он имел в виду другого капитана, капитан.
Флетчер не успел ничего ответить. Хэслэм оповестил всех о том, что через пятнадцать минут совершит посадку катер.
– Лучше побудь с пациентом, пока я буду помогать капитану нагружать носилки, – сказал Конвей Мерчисон. – Старайся думать о нем только самое хорошее. Больше мы для него пока ничего сделать не сможем. Если мы все уйдем, он решит, что все его бросили.
– Вы намерены оставить здесь доктора Мерчисон одну? – изумленно спросил Флетчер.
– Да, но никакой опасности нет, и… – начал Конвей, но его прервал Доддс.
– Ничего движущегося в радиусе двадцати пяти миль от корабля, сэр, – сообщил он, – кроме хищных кустарников.
Конвей с Флетчером занялись переноской раненых из укрытия в катер. Все это время Флетчер помалкивал. Молчал он и тогда, когда они с Конвеем вели носилки, нагруженные оборудованием, к кораблю. Это было не похоже на капитана. Обычно он всегда высказывался по поводу того, что его беспокоило. Но разум Конвея работал слишком напряженно для того, чтобы он стал расспрашивать капитана о причине его молчания.
– Знаете, – сказал Конвей, когда они добрались до двери, ведущей в грузовой отсек, – судя по тому, что рассказывает Доддс, хищные кустарники должны стремиться к источникам питания и тепла. Внутри корабля мы произведем уйму тепла, а на грузовой палубе находится множество баллонов с питанием. А что, если нам извлечь из кладовой побольше баллонов и разбросать их вокруг корабля. Может быть, это отвлечет их от корабля на какое-то время?
– Надеюсь, – буркнул Флетчер.
Катер стартовал, подняв облако песка. Конвей притащил первую партию контейнеров с питательной смесью и разбросал их по песку на пути ближайших колючих зарослей, которые пока находились на расстоянии около четырехсот метров от корабля. Они с Флетчером договорились действовать сообща. Капитан выбрасывал баллоны из люка, а Конвей раскладывал их по песку. Он хотел воспользоваться для этой операции оборудованными антигравитационным устройством носилками, на которые можно было нагрузить сразу все баллончики, но Нэйдрад воспротивилась: она заявила, что у Конвея нет опыта управления носилками, и если он что-то сделает не так, то носилки просто-напросто улетят – в небо или в неизвестном направлении.
Пришлось Конвею бегать за баллончиками к кораблю и обратно.
– Доктор, – сказал Флетчер, выбросив Конвею очередную партию баллончиков, – пора закругляться. Ветер поднимается.
Пока Конвей трудился, тень от лежавшего на боку корабля стала намного длиннее, цвет неба – темнее. Датчики скафандра показывали, что неумолимо понижается температура воздуха, но Конвей сам генерировал такое количество тепла, что этого даже не заметил. Он разбросал баллончики в разные стороны как можно дальше. Некоторые из них он предварительно открывал, чтобы хищные кусты убедились в том, что в закрытых баллонах тоже есть еда. Но кусты уже и сами это поняли. Они медленно надвигались широким фронтом, словно ожившая черная лесополоса.
Но